О происхождении слова "любовь" | О жизни слов

О происхождении слова «любовь»

букет

Люди интересуются языком, на котором говорят. Им хочется знать, например, откуда произошли те или иные слова. Уже долгое время интернет (и не только) наводнен разнообразными толкованиями и указаниями, как надо понимать смысл и происхождение слов русского языка. К сожалению, большая часть этих материалов — бездоказательный вымысел, к реальной истории языка отношения не имеющий. Но опыт подсказывает, что распознать обман или заблуждение обычно может специалист или, по крайней мере, человек, знакомый с лингвистикой. А читатели, которые не разбираются в этой науке (и это зачастую не их вина), рискуют получить превратное представление о жизни и законах родного языка.

Вот, например, слово любовь. С подачи сатирика Михаила Задорнова многие считают, что оно произошло от сочетания трех слов: люди бога ведают. Красивое толкование, возвышенное. И понятное к тому же. Но принимать его за истину не стоит, и вот почему.

1. Похожее звучание — это еще не доказательство родства слов. Ведь количество звуков (фонем) в языках исчисляется десятками, а количество слов, состоящих из этих звуков, — десятками и сотнями тысяч в каждом языке. В таких условиях совпадения в звучании неизбежно будут не только следствием родства слов, но и просто делом случая. Что же касается смысла, то человеческий мозг способен найти его практически где угодно. Можно даже устроить игру по подбору значений: любовь«людям болого (т. е. благо) великое», «люди, богатые верой», «лютик, боящийся ветра» и многое другое. Как видите, простор для фантазии широк.

2. По мысли Задорнова, слово любовь состоит из начальных слогов, из «оборванных» корней трех других слов. Получается, что это аббревиатура. Однако в русском языке аббревиация как способ словообразования начала активно использоваться только с конца XIX века и достигла своего расцвета в ХХ столетии: вуз, горком, РКП(б), НИИ... В древнерусском языке ее практически не было; имелось небольшое количество слов, которые можно считать сложносокращенными (например, имена Святослав, Святополк и др.), но входящие в их состав корни сохранялись целиком, на части не разрывались. Слово-аббревиатуру никто бы не понял и вряд ли бы запомнил. Даже в наше время далеко не все аббревиатуры понятны носителям русского языка, и расшифровку незнакомых сокращений приходится искать в интернете или специальных словарях. Попробуйте придумать новое слово из половинок корней — его тоже не поймут без объяснения.

Слова в языке строятся по определенной системе, а не так, как придется. Они состоят из морфем — значимых частей слова: корней, приставок, суффиксов… Слог или звук сам по себе не выражает значения, если только не совпадает с какой-либо морфемой или словом.

Сопоставляя слово любовь с родственными ему (любить, любимый, полюбиться и др.), можно без труда выделить в нем корень люб- и суффикс -овь . Есть там и нулевое окончание.

3. Форма именительного падежа любовь — относительно поздний вариант. Более ранний, пришедший еще из праславянского языка, звучал как любы, с ударением на последнем слоге.

Да не исѧкнеть любы тво (да не иссякнет любовь твоя; «Чудеса св. Николая Чудотворца», XI в.).

Судя по памятникам письменности, в древнерусском языке слово любы имело следующие значения: ‘любовь, привязанность’, ‘пристрастие, приверженность к чему-либо’, ‘страсть, вожделение’, ‘мир, согласие’. Многими исследователями признается заимствованием из старославянского языка. Образовано от глагола любити.

Слово любы относилось к особому типу склонения существительных (иногда оно условно называется пятым или шестым, примеры см. здесь) вместе с такими словами, как бры (бровь), свекры (свекровь), кры (кровь), букы (буква), мъркы (морковь) и др. В именительном падеже единственного числа они имели окончание . Это окончание исторически восходит к индоевропейскому долгому гласному *ū ([у]; восстановленные слова и звуки записываются латинскими буквами):

[ū] > [ы]; *ljubū > любы

В индоевропейскую эпоху этот звук [ū] был конечным гласным основы некоторых слов и, вероятно, являлся суффиксом. В косвенных падежах к основе присоединялись окончания, состоящие из других гласных звуков. Перед ними [ū] распадался, превращаясь в сочетание краткого звука [ŭ] и особого неслогового [u̯], отчасти похожего на [в]. Впоследствии в праславянском языке краткий [ŭ] еще укоротился и перешел в ослабленный, редуцированный гласный [ŏ] (ъ), а неслоговой [u̯] окончательно превратился в [в]:

[ŭu̯] > [ъв]; *ljubūi > ljubŭi > любъви

Отсюда форма именительного падежа любы, но родительного — любъве, дательного — любъви, винительного — любъвь, творительного — любъвию (или любъвью) и т. д.

Уже в древнерусский период начался процесс вытеснения формы любы формой любъвь, изначально присущей только винительному падежу. Тем самым язык стремился привести падежные формы к единообразию. Со временем слово любы исчезло. И вообще от данного типа склонения почти ничего не осталось. Правда, в некоторых русских говорах и теперь еще употребляется слово свекры (т. е. свекровь); такой вот привет из древнерусского…

Итак, звук [в] в слове любовь не имеет отношения к слову ведать; он появлялся при склонении всех слов с древней основой на *-ū, самых разных по значению. Восходит к неслоговому звуку [u̯] на стыке основы и окончания.

А что можно сказать о происхождении корня люб-?

Русское любовь, любить; древнерусское и старославянское любы; немецкое Liebe; английское love; древнеанглийское lufu любовь’; готское liufs ‘милый, любимый’; латинское libīdō ‘влечение, страстное желание’; lubet, libet ‘угодно, хочется’; древнеиндийское lúbhyatiжелает’; lōbhasжелание, жажда’ и др. — все эти слова родственны этимологически. Они восходят к общему праиндоевропейскому корню, предположительно восстановленному как *leubh- со значением ‘любить, желать’. Видеть во всех этих словах какую-либо аббревиатуру из люди и бог совершенно безосновательно.

Напоследок — небольшое отступление от основной темы. Русское слово любой в значении ‘всякий, какой угодно’, по всей видимости, произошло от любый ‘любимый’. Изменение значений тут могло быть следующим: ‘любимый, нравящийся’ > ‘предпочитаемый при выборе’ > ‘представленный на выбор’ ‘всякий’.

 

Литература:

Словарь древнерусского языка (XI — XIV вв.). — Т. IV. — М., 1991.

Иванов В. В. Историческая грамматика русского языка. — М., 1964.

Черных П. Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: Т. 1. — М., 1999.

Бернштейн С. Б. Очерк сравнительной грамматики славянских языков: Чередования, именные основы. — М., 1974.

Цыганенко Г. П. Этимологический словарь русского языка. — К., 1989.

 

Вам также может понравиться

Добавить комментарий